С. Бирюк: Записки бывалого. Что делать, чтобы стабилизировать ситуацию

27 березня 2020

На сайті Асоціації Фінансових Інституцій розміщено точку зору екс-члена Держфінпослуг та НКЦПФР щодо алгоритму дій у кризових ситуаціях як для регуляторів, так і для компаній, які працюють на ринках. Пропонуємо ознайомитися:  

Активное распространение коронавируса, продление карантина как минимум до 24 апреля и введение чрезвычайной ситуации практически уже повергли экономику и финансовую систему Украины в кризис. Уже мало кто сомневается, что последствия для рынков нашей страны будут тяжелыми, и выбираться из сложившейся ситуации мы будем долго.

Но сидеть, сложа руки, ни бизнесу, ни, тем более регуляторам, в этом случае никак нельзя. Ведь, как показала практика прошлых экономических кризисов, только своевременная реакция, а также объединение усилий государства, бизнеса и профессиональных организаций не дает экономике скатиться до критической метки, возврата после которой уже не будет.

Чтобы не быть голословным приведу пример выхода из кризисов 1998, 2003-2004, 2008 и 2014 годов небанковского финансового рынка, на которых я проработал большую часть своей жизни.

Как видим, кризисов в финансовой отрасли Украины было много, поэтому алгоритмы действий в подобных ситуациях успели выработать, как для регуляторов, так и для компаний, работающих на рынках.

Итак, что же делали регуляторы для того, чтобы стабилизировать ситуацию?

Во-первых, принимали решения и переносили сроки подачи отчетности финансовыми учреждениями.

Во-вторых, на время кризиса снижали требования к показателям: и на биржах к листингу, и показатели пруденциального надзора, и пр.

В-третьих, компаниям позволяли делать расчеты на отлагательных условиях, по согласию сторон или даже без согласия, в зависимости от ситуации.

Ведь нет ничего проще, чем заставить компанию выполнять требования, а в случае их невыполнения отобрать лицензию. Но выиграют ли от этого клиенты? Вряд ли.

В-четверых, регуляторы на какое-то время принимали ненормативные решения-рекомендации (в отличии от первых случаев, когда принимались соответствующие нормативные акты. – Ред.) для лиц, которые рассматривали дела финансовых учреждений. Например, таким лицам рекомендовали, в случае выявления нарушений, которые не приводят к нарушению графика выплат или обязательств перед клиентами и пр., позволить компаниям устранить их поэтапно, в течении некоторого времени.

Если компании и после этого не выполняли свои обязательства, то тогда к ним применялись санкции. 

Также одной из важных задач регуляторов – было не допустить «пропажи» компании с рынка. Когда сотрудников компании нельзя найти в офисе, пропадает сам офис, закрываются филиалы.

Все это создает дополнительное напряжение среди потребителей финансовых услуг (я не говорю о тех потребителях, которые взяли кредит, я говорю о тех, которые, наоборот, инвестировали свои средства). Люди бросаются в компании, начинают паниковать, создавать ажиотаж.

Вот этот ажиотаж комиссии вместе с профильными ассоциациями и должны были снять.

Приведу пример. В 2008 году одна из финансовых компаний начала закрывать филиалы. Но регулятор настоял на том, чтобы они снова были открыты. Мы заставили компанию дать объявления о наборе персонала, о каких-то ее услугах и ажиотаж вокруг нее стих. Паники мы не допустили.

Но, кроме мер, направленных на облегчение работы компаний, а также сохранения спокойствия на рынке, регуляторы выступали с рядом рекомендаций, как финучреждениям работать с заемщиками. Ведь в кризис многие из них оказываются в ситуации, когда кредиты платить нечем.

В такой ситуации финансовым компаниям, в первую очередь, рекомендовали реструктуризировать долги тем людям, которые готовы были рассчитаться, но попали во временную тяжелую ситуацию. То есть, добросовестным заемщикам.

Также регулятор предлагал компаниям перезаключить с такими людьми договоры на более лояльных условиях, вплоть до снижения процентных ставок по кредитам.

Потому что ответственному заемщику психологически легче даже когда ему предлагают сохранение процентной ставки, не говоря уже о ее снижении. Он тогда охотнее выплачивает кредит, ищет любые способы рассчитаться с компанией, нежели, когда на него давят и прессуют высокими ставками, штрафами и процентами. Тогда человек закрывается и не хочет платить вовсе. И тут уже находит коса на камень, когда нужно принимать силовые методы.

А, как показывает практика ФГВФЛ, сколько санаторов не вводи, степень погашения задолженностей остается небольшой.

Что касается недобросовестных заемщиков, то таким людям регулятор навстречу не шел. Были даже ситуации, когда в случае невыполнения заемщиком своих обязательств, комиссия брала на себя задачу защиты финансовой компании и давала заключение, что клиент компании не соблюдает законодательство. Это играло свою роль, когда дело передавалось в суд.

Но опять-таки, регулятор быстрее шел навстречу тем компаниям, которые шли навстречу ситуации и не создавали социального напряжения в обществе в целом.

Очень важная работа проводилась во время экономических кризисов с СРО и профессиональными ассоциациями на рынке. Ведь те, кто хотел выжить в кризис, координировали деятельность на финансовом рынке и показывали пример позитивного выхода из ситуации. Остальные же видели этот позитивный пример и подтягивались за лидерами.

Правда, далеко не все вели себя добропорядочно. Даже крупные компании. И даже после того, как регулятор публично демонстрировал, что не будет прикрывать неплательщика по кредиту перед компанией, как и не будет прикрывать компанию в условиях, когда она не выполняет договоренности.

В таких случаях применялись санкции, и это дисциплинировало всех остальных.

Здесь важно подчеркнуть, что в критических ситуациях регулятор, по возможности, должен относиться одинаково ко всем. Не с точки зрения, кто крупный или кто чья компания, а с точки зрения выполнения взятых на себя совместных обязательств.

Если граждане чувствуют, что регулятор ко всем относится одинаково, то и участники рынка, и клиенты компаний понимают, что все под контролем. Важно соблюсти баланс и равное отношение ко всем. Тогда после кризиса доверие и к регулятору, и к рынку возвращается намного быстрее.

Сергей Бирюк,

член Нацкомфинуслуг (2014 - 2017),

член НКЦБФР (2007 - 2011)

 

Основні цифри
Кількість КУА297на 13.07.20
Кількість ІСІ1472на 13.07.20
Кількість НПФ*60на 13.07.20
Кількість СК*2на 31.05.20
Активи, млн. грн.

368 792

на 31.05.20